Doc dog

Исследование останков Андрея Боголюбского

1 сообщение в этой теме

МЕДИКО-КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ОСТАНКОВ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО

В 1989 г. у церкви Спаса на Берестове Киево-Печерской лавры архитектурно-археологической экспедицией Института археологии АН УССР в саркофагах XII века обнаружены 4 скелета, один из которых предположительно принадлежал великому князю Юрию Долгорукому.
Исследования, выполненные в 1989-2003 гг. украинскими учёными, среди которых были известные антропологи и судебные медики, не дали убедительных результатов по персонификации найденных скелетов. Трудности идентификации останков объяснялись не только их плачевным состоянием, но и полным отсутствием сведений о “скелетном статусе” ближайших потомков Юрия Долгорукого, чья принадлежность к роду Мономаховичей была бы бесспорной. Другими словами, специалистам не были известны семейные приметы Мономаховичей, наличие которых на костях скелета облегчает опознание членов рода. Такими приметами могут служить анатомические вариации и аномалии развития, тип телосложения (соматотип), признаки внешности и многое другое. Естественно, оптимальным “эталонным образцом” для проведения сравнительного исследования возможных останков Долгорукого является скелет Андрея Боголюбского.
Останки князя Андрея Боголюбского - сына Юрия Долгорукого от его второй жены, дочери половецкого хана Аепы, - находятся в Успенском соборе во Владимире. В 2007 г. Московский фонд им. Юрия Долгорукого, созданный по решению правительства Москвы и поддерживаемый Русской православной церковью, обратился к архиепископу Владимирскому и Суздальскому Евлогию с просьбой дать благословение на освидетельствование мощей Андрея Боголюбского. Владыка с пониманием отнёсся к проблеме и, взвесив все обстоятельства, благословил проведение экспертного исследования непосредственно на территории Успенского собора, которая состоялась 22-24 июля того же года (Рис. 1).
1 Ипатьевская летопись. Здесь и далее текст летописи цитируется по [2].
2 Лаврентьевская летопись. Здесь и далее текст летописи цитируется по [2].
3 Всеволод Юрьевич Большое Гнездо (1154—1212 гг.) - великий князь владимирский и суздальский. Родился в 1154 г. в Дмитрове, сын Юрия Владимировича Долгорукова и греческой царевны Ольги. После убийства брата Андрея Всеволод договорился с младшим братом Михаилом о разделе “наследства”: помог ему овладеть Владимиром, а сам обосновался в Суздале. Когда же в 1175 г. скоропостижно скончался Михаил, Всеволод захватил Пере(я)славль-Залесский и Владимир, провозгласив себя великим князем (1177 г.).
Посмертная “судьба” мощей Андрея Боголюбского
Великий князь Андрей Юрьевич Боголюбский своей бурной деятельностью оставил заметный след в истории Древней Руси. Именно ему обязано Владимиро-Суздальское княжество своим возвышением и высоким статусом на Руси [1]. Трагическая гибель князя, последовавшая ночью 29 июня 1174 г. на 63 году жизни, подробно описана в Ипатьевской1 [2, с. 43-50] и Лаврентьевской2 летописях [2, с. 50-54].
В церковную традицию Андрей Боголюбский вошёл как выдающийся ревнитель благочестия и храмостроитель, равно как и мученик-страстотерпец. При князе Андрее на Руси были установлены новые церковные праздники, Спаса и Покрова, а также перенесена из Вышгорода в новый стольный град Владимирская икона Божьей Матери.
Сведения о событиях, последовавших за убийством князя, весьма фрагментарны. Н.М. Карамзин [3] указывает: “Тело Андреево лежало в огороде; киевлянин, именем Козма, усердный слуга несчастного государя, стоял над оным и плакал... Козма отнёс тело в церковь... на третий день отпели его и вложили в каменный гроб. Через 6 дней владимирский игумен Феодул привёз оное (тело) в Владимир и погрёб в Златоверхом храме Богоматери”. Тело убитого князя Андрея Боголюбского через неделю “съ плачемъ великимъ” было перенесено в Успенский собор во Владимире и уложено в специально устроенную раку. Затем, при Всеволоде Большое Гнездо3, рака была перемещена.
Местное почитание Боголюбского началось сразу после погребения, получив новый стимул вслед за Канонизацией, произошедшей 15 октября 1702 г. Мощи князя, обретённые нетленными, были перенесены из алтаря (где они, по-видимому, находились в захоронении, т.е. под спудом) в Знаменский предел Успенского собора (см. рис 2) и открыты для молитвенного поклонения. Церковь отмечает день памяти святого благоверного князя Андрея Боголюбского в день его погребения 17 (4) июля.
В феврале 1919 г. его рака вскрыта, мощи осмотрены и кратко описаны [2, с. 165]. 20 апреля 1930 г. в Георгиевском приделе Успенского собора был создан антирелигиозный отдел Владимирского исторического музея, “главным экспонатом которого являлись мощи владимирских князей” Георгия, Глеба и Андрея [2, с. 167].
В 1934 г. мощи Андрея Боголюбского по инициативе историка Н.Н. Воронина направлены в Государственный рентгенологический институт (Ленинград), где в рентге-но-антропологической лаборатории освидетельствованы профессором Д.Г. Рохлиным. Исследование не только установило подлинность скелета, но и подтвердило документальность летописных данных о смерти князя. Результаты опубликованы в 1935 г. [4] и 1965 г. [5].
В феврале 1935 г. скелет Андрея Боголюбского возвращён во Владимирский музей.
В 1939 г. череп Андрея Боголюбского направлен в Лабораторию пластической реконструкции (Москва), где восстановление лица князя выполнил М.М. Герасимов, а краниометрическое исследование в 1941 г. - В.В. Гинзбург [6]. После чего череп был возвращён в исторический музей г. Владимира [2, с. 183].
В конце 1950-х годов мощи оказались в московском Государственном историческом музее, но документы об их передаче не обнаружены.
В 1960-е годы мощи вернули во Владимир. В 1982 г. они зарегистрированы под № НВ 9058 в фонде археологии [7, с. 175]. В том же году они осмотрены судебно-медицинским экспертом Владимирского областного бюро СМЭ кандидатом медицинских наук М.А. Фурманом. В своих воспоминаниях [8] М.А. Фурман пишет, что мощи хранились в больших деревянных ящиках: “В них бережно обложенные ватой и старыми газетами находились кости скелета человека. Каждая в отдельности завернута в “Известия”, все газеты датированы 1948 годом”. Он также подтвердил наличие множественных рубленых повреждений скелета князя и преимущественную их левостороннюю локализацию, а также описал сохранность скелета. “Выбрав место, на большом столе, раскладываю останки - строго анатомически по костям скелета. Первые впечатления самые благоприятные: кости сохранились хорошо, почти полностью, за исключением мелких фаланг пальцев”. К сожалению, фотоснимки, подтверждающие полноту скелета, “сделаны не были”.
Передача мощей Андрея Боголюбского на постоянное хранение общине Успенского собора произошла 3 марта 1987 г. “Поздним вечером в присутствии нескольких представителей Владимирской епархии мощи были переложены в раку на то же место в Успенском соборе (Рис. 2)., как ... 713 лет назад” [7, с. 175].
Общие предпосылки и выводы
В процессе работы в Успенском соборе в 2007 г. мы основное внимание уделяли сбору фактического материала по программам, принятым при судебно-медицинской идентификации личности и орудий травмы, включая детальные рентгено- и фотофиксацию останков и костных повреждений.
Анализ полученных данных и спектральное исследование выполняли в РЦСМЭ до марта 2008 г.
Результаты обработки материалов выявили, что принятые биологическая характеристика князя и реконструкция его убийства не могут считаться исчерпывающе полными и достоверными. Встал вопрос: насколько правдивы летописные свидетельства и выводы официальной историографии.
Отдавая должное труду учёных, ранее изучавших мощи Андрея Боголюбского, необходимо отметить, что
при современном развитии базы медико-криминалистических исследований всегда есть вероятность существенных корректив более ранних научных выводов. Дело в том, что исследования скелетированных останков выполнялись нашими классиками в 30-40-х годах прошлого века. Каких-либо математически обоснованных методов диагностики расы, расового типа и возраста тогда не было, да и трасология делала свои первые шаги, поэтому решения зачастую носили субъективный характер. Другое дело - нынешнее время: есть методики, компьютерные программы, методы проверки реконструкций, методы микроскопического, рентгенологического и спектрального анализов. Этот перечень можно продолжать и далее. Немало таких методик разработаны в отделе идентификации личности РЦСМЭ.
Состояние мощей Андрея Боголюбского
Общая характеристика. Скелет сохранился хорошо, но не в полном объеме (Рис. 3). Отсутствуют: нижняя челюсть с зубами, IV, VI шейные и I грудной позвонки, правая тазовая кость, VIII - XII ребра справа и 8 зубов на верхней челюсти (1-3 слева, 1 - 4 , 8 справа). В левой кисти утеряны все запястные кости (Cool, 2 пястные кости (IV и V), и 13 фаланг (кроме 1 дистальной), в правой кисти - 6 запястных костей, кроме головчатой и полулунной; I, II и IV пястные кости и все фаланги (14), в том числе фаланга (со старым переломом и деформацией), описанная Д.Г. Рохлиным (1965).
В левой стопе не хватает 24 кости, кроме пяточной и I плюсневой, в правой стопе - 22 кости, кроме пяточной, таранной, ладьевидной и латеральной клиновидной.
О давности и динамике утраты некоторых костей можно судить по следующей сводке:
• 1935 г. - Д.Г. Рохлин зафиксировал отсутствие на верхней челюсти 10 зубов (1 - 3, 6 слева и 1 - 5, 8 справа), а также фрагмента верхней части левой лучевой кости. Повреждения на основных фалангах II- III пальцев левой кисти им описаны не были, по-видимому, в связи с их отсутствием. Не упомянут и IV шейный позвонок, скорее всего, по той же причине. Количество зубов на нижней челюсти автор не указал. При возвращении скелета Андрея Боголюбского в 1935 году во Владимир отмечен “недостаток нескольких костей от рук” [2, с. 174].
• 1939 г. - на фотоснимках черепа, опубликованных М.М.Герасимовым в 1949году, определяется посмертное отсутствие 9 зубов на верхней челюсти (1, 3, 5 слева и 1-5, 8 справа) и 8 зубов на нижней челюсти (1, 2, 4 слева и 1, 3
- 5, 8 справа).
• 1982 г. - М.А. Фурман также описал нехватку фрагмента левой лучевой кости и многих костей кисти и стопы;
• 2007 г. - В.Н. Звягин выявил дополнительное исчезновение нижней челюсти, правой тазовой кости, нескольких ребер (6) и позвонков (3). Что касается сохранных зубов на верхней челюсти, то их число по непонятной причине возросло.
Все кости плотные, коричнево-янтарного цвета, без значительных дефектов и растрескивания кортикального слоя и совершенно не производят впечатления “древних”. Эмаль сохранных зубов (Cool верхней челюсти желтоватая, блестящая, без сколов и трещин. Передняя поверхность грудины обтянута “плёнкой” мумифицированных мягких тканей. Всё это указывает на благоприятные условия среды пребывания скелета и отсутствие контакта с землёй. Внутренняя структура костей на рентгенограммах без видимых посмертных изменений. Признаки “творожистого распада”4 костной ткани на рентгенограммах не определяются.
Молекулярный состав. Исследовался методом инфракрасной (ИК) спектрофотометрии (ИК- спектрофотометр “Paragon 500”, Perkin Elmer). В распоряжении экспертов был костный соскоб навеской 2-3 мг. На ИК-спектрах обнаружены полосы поглощения амидов I-II, карбонатов и ортофосфатов, а также метильных групп. Подобная картина, как правило, наблюдается лишь при небольших сроках земляного погребения (около 60-100 лет), что, на первый взгляд, противоречит давности смерти Андрея Боголюбского (XII век). Вместе с тем, отсутствие амидов III и появление дополнительных полос поглощения у частот (961...1036 см-1) показывает начавшуюся деструкцию органического и неорганического компонентов костного вещества и “удревняет” их возраст на 200-300 лет.
Элементный состав. Исследовался в той же навеске неразрушающим методом рентгенофлуоресцентного анализа (спектрометр “Фокус М2”, Институт рентгеновской оптики). Выявлено отсутствие марганца, титана и небольшое содержание железа, указывающее на то, что останки Андрея Боголюбского никогда не находились в земляном погребении либо не имели контакта с землёй. Зафиксировано также понижение соотношения Ca/P, что вполне закономерно, судя по результатам инфракрасной спектрофотометрии. Каких-либо признаков, указывающих на тяжёлые хронические заболевания Боголюбского или воздействие неблагоприятных геохимических факторов, в том числе по тяжёлым металлам, не обнаружено.
По результатам морфологических и спектральных исследований можно заключить, что мощи Андрея Бо-голюбского не нуждаются в консервации или “музейных условиях” хранения и могут быть “предметом” молитвенного поклонения неопределённо долгое время.
Облик князя
Основные черты внешности. По размерным показателям черепа (свыше 100 измерений) выявлены индивидуализирующие особенности “словесного портрета” А. Боголюбского, вполне пригодные для современной оперативно-розыскной практики. Но по порядку. Черты лица правильные. Лицевой скелет овальной конфигурации, высокий и узкий. Горизонтальная профилировка лица в верхнем отделе хорошая (131,6°), в среднем, т.е. в верхнечелюстном, - несколько уплощённая (133,5°). Орбиты средней ширины и высоты. Разрез глаз горизонтальный. Вертикальная профилировка орбит около 90° (выпуклые глаза). Межглазное расстояние большое. Морфологические признаки эпикантуса на слёзных гребнях орбит не определяются. Нос в крыльях широкий. Спинка носа прямая, угол его выступания по европеоидным меркам средний (28°). Основание носа слегка опущено. Скулы невыступающие, узкие. Нижнечелюстной отдел средней высоты и ширины.
Характерными особенностями Андрея Боголюбского являются резкая долихокрания, т.е. длинноголовость, скошенность лба, низкий свод черепа с седловидной деформацией темени, поворот плоскости лица на 3-5° вправо с резко выдвинутым волевым подбородком, заметное выступание вперёд альвеолярного отростка верхней челюсти.
Описание внешности князя, данное по черепу В.В. Гинзбургом [9, с. 144-145], соответствует действитель-
ности. Правда, горизонтальная профилировка лица, деформация темени и поворот лица в то время описаны не были.
Расовые черты внешности. Для большинства судебных медиков они, скорее всего, известны по скульптурному портрету, который был воссоздан по черепу знаменитым антропологом и скульптором профессором М.М. Герасимовым (Рис. 4). В [9, с. 144-151] он приводит следующее описание: “Общее впечатление от черепа, что он европеоиден с определённым тяготением к северославянским или даже нордическим формам, но лицевой скелет, особенно в верхней части (орбиты, нос, скуловые кости), имеет несомненные элементы монголоидности... Этот монголоидный характер лица подчёркивается некоторым нависанием верхнего века, связанным со слабым надбровьем и наличием небольшого эпикантуса. Учитывая конституциональные и этнические особенности данного черепа, я восстановил волосяной покров: волосы на голове даны волнистыми, а борода и усы монголоидного характера, что как нельзя лучше сочетается с общим типом лица Андрея Боголюбского”.
Результаты компьютерного анализа измерительных признаков черепа Андрея Боголюбского по программе СгашоМе^4, созданной по диагностической методике В.Н. Звягина с использованием многомерного дискриминантного анализа5 (МДА) [10], рисуют иной портрет:
• облик Андрея Боголюбского относится к среднеевропейскому варианту большой европеоидной расы;
• признаки североевропейской или южноевропейской локальных рас во внешности Андрея Боголюбского отсутствуют с вероятностью Pl > 0,984;
• предположение о том, что князь Андрей мог иметь монголоидные особенности, подобные тем, которые зафиксированы у коренного европеоидного населения Поволжья (татары, чуваши, башкиры) и Средней Азии (узбеки, таджики, туркмены) полностью исключается (вероятность Pl > 9 х 10-25).
Известно, что среднеевропейский антропологический тип в чистом варианте широко распространён среди русского, украинского и белорусского населения, прослеживается также среди популяций Западной Европы (немцы, чехи, словаки, поляки и др.). Представителей данного типа отличают: относительно светлая пигментация кожи, волос и радужки, средний рост, прямые или волнистые мягкие волосы, среднее выступание скул и носа, средние по пропорциям лицо и нос, прямая спинка носа, средняя или выше средней высота переносья, невысокая или средняя высота верхней губы, отсутствие эпикантуса [11].
А что по этому поводу говорит Никоновская летопись? Князь Андрей “роста был не вельми великого,.. лицом красен, власы кудрявы и краткие носил” [12, с. 697]. Вне всякого сомнения, и полученные данные это подтверждают, он очень походил на своего деда Владимира Мономаха, который “лицом был красен, очи очень велики, волосы рыжеваты и кудрявы, чело высоко, борода широкая, ростом не вельми велик” [12, с. 683]. А вот черты своего отца Юрия Долгорукого, который “роста немалого, лицом белый, глаза невелики, великий нос долгий и искривленный, брада малая” [12, с. 692], князь Андрей, к счастью, не унаследовал.
4 Термин введен В.Н.Звягиным в 1991 году (отличается от общепринятого) и обозначает посмертное изменение костной ткани с разрушением ее структуры.
5 Программа написана А.И.Самариным (2001 г.).
6 Дискриминантный анализ является разделом многомерного статистического анализа, который позволяет изучать различия между двумя и более классами объектов по нескольким переменным одновременно. Вопрос об отнесении конкретного индивида к одному из классов решается всегда на основе признаков, характеризующих этот индивид, и сравнения их с признаками, характерными для каждого из “конкурирующих” классов. Правильность классификации оценивают по функции распределения Р(1).
Таким образом, мнение профессора М.М. Герасимова о наличии монголоидных черт в облике Андрея Боголюбского результатами проведённого исследования и летописными данными не подтверждается. Причина трансформации европеоидного черепа, тяготеющего к “нордическим формам”, в “монголоидный характер лица” на скульптурной реконструкции Андрея Боголюбского не вполне ясна. Возможно, при работе над бюстом князя М.М. Герасимов учитывал его русско-половецкое происхождение. В те годы ошибочно считалось, что среди половцев доминирует монголоидный расовый тип.
Признаки физического развития князя
Сведения на этот счёт весьма скупы. По Д.Г. Рохлину, князь был выше среднего роста, около 170 см, отличался тонкокостным, т.е. грацильным, скелетом, но обладал значительной физической силой, поскольку его биологический возраст существенно отставал от “паспортного” [5]. М.А. Фурман [8] на основании осмотра скелета, полагал, что князь имел средний рост, “нормальное”, но не атлетическое, телосложение.
Кто же прав? Попытаемся внести ясность.
Тип телосложения. Длинные трубчатые кости Андрея Боголюбского, по современным стандартам7, средней длины с крупными суставными концами (эпифизами). Плечевые кости винтообразно скручены, отмечается их искривление по продольной оси более заметное на костях предплечья. Рукоятка грудины и кости плечевого пояса (ключица, плечевой, клювовидный отростки лопатки и суставная площадка) увеличены в размерах за счёт функциональной, т.е. рабочей, гипертрофии. Тазовая кость относительно небольших размеров, заметно утолщена, с чрезвычайно узкой и глубокой седалищной вырезкой. Резкая массивность всего скелета Андрея Боголюбского, сочетается с выраженным мышечным рельефом, что характерно для мускульно-брюшного соматотипа. О том же свидетельствуют результаты проведённого компонентного анализа. Мужчин этого типа отличают атлетическое телосложение, значительная физическая сила. Мускулатура хорошо развита, грудная клетка конической формы, скелет - с адаптацией к значительным физическим нагрузкам. Степень жироотложения повышена.
Андрей Боголюбский обладал относительно длинными ногами (за счёт бедра) и несколько укороченными руками (за счёт предплечья). Соотношение сегментов конечностей Андрея Боголюбского (по А.Л. Пурунджану [13]) можно отнести к центрально-среднеевропейскому антропологическому типу, характерному для большинства восточнославянских народов.
Антропометрические данные. По результатам проведённых вычислений прижизненная длина тела Андрея Боголюбского (по методике Фюлли) составляла 172,6±2,04 см (среднее значение для мужчин XI—XIII веков) [14, с. 27], масса тела 81,1...83,8 кг (повышена), ширина плеч 40,3...41,4 см (очень большая), ширина таза около 26,2 см (малая), окружность головы (586,7±11,3 мм) соответствовала 58-60 размерам головного убора, длина стопы (264 мм) — 41...42 размерам современной обуви.
Выявленные физические особенности Андрея Бого-любского вполне соответствуют летописным свидетельствам, приведённым Татищевым: “Сей князь роста был не вельми великого, но широк плечами и крепок, яко лук едва кто подтянуть мог”’ [12, с. 697]. Мнение Д.Г. Рохлина о грацильности (тонкокостности) скелета Боголюбского, основанное на визуальной оценке, результатами исследования, напротив, не подтверждается. Физической статью
7 Разработаны в РЦСМЭ.
князь Андрей, судя по летописям, походил больше на своего деда, Владимира Мономаха [12, с. 683], нежели на отца - Юрия Долгорукого (“роста немалого, толстый”) [12, с. 692].
Состояние здоровья князя
Возрастная динамика. По общим анатомо- морфологическим признакам, свидетельствующим об инволюции, т.е. старческих изменениях, скелета, возраст Андрея Бого-любского характерен для первой половины пожилого возраста (60-67 лет). По степени зарастания черепных швов [10] возраст Андрея Боголюбского находился в интервале от 50 до 66,6 лет (усреднённое значение 58,3 года), по стёртости зубов верхней челюсти [15, с. 121] - значительно меньше (45-50 лет).
Согласно комбинированной методике Acsadi, Nemeskeri в редакции Sjovold [16], учитывающей рентгенографические признаки плечевой и бедренной костей, за-ращённость эндокраниальных швов и состояние симфиза лобковых костей, возраст Андрея Боголюбского составлял 60,5-65,5 лет. Таким образом, наиболее вероятно, что на момент смерти биологический возраст князя (58-65 лет) не сильно отличался от указанного в летописях (63-64 года). Поэтому мнение проф. Д.Г. Рохлина, которое было поддержано М.М. Герасимовым, о замедленном темпе возрастной инволюции скелета князя, основанное на слабой стертости зубов и визуальном анализе рентгенографических данных, современными методами лабораторного исследования не подтверждается.
Эндокринный статус. Исследования полностью подтвердили утверждение Д.Г. Рохлина о наличии у Андрея Боголюбского признаков повышенной функции щитовидной железы в рамках конституциональной нормы, о чём наглядно свидетельствуют следы сегментации грудины (Рис. 5, 6), крестца, сохранение следов поперечных эпифизарных пластинок почти у всех коротких и длинных трубчатых костей, остатки лобного шва в области надпереносья, инфантильная форма турецкого седла и т.д. Действительно, для пациентов с подобным статусом характерны лёгкая возбудимость и страстность натуры, богатая фантазия и чрезмерная конфликтность. Как не вспомнить в этой связи свидетельства о том, что князь “выдавался ... своей необыкновенной храбростью, любил начинать битву впереди полков, заносился на ретивом коне в середину вражеского войска, пренебрегал опасностями” [12, с. 517]. И в то же время по Никоновской летописи - “Ненавидяху князя Андрея своего суще домашние, и лстиво и лукавно глаголяшу к нему. И тако совраждоваше и соссориша его з братьею, и с прдними мужи отца его” [12, с. 697.].
Аномалии и анатомические варианты, как известно, связаны с врождёнными сдвигами в строении отдельных костей скелета человека. Аномалии могут вызывать функциональные нарушения, анатомические варианты абсолютно “безвредны” для организма. И те и другие, как правило, генетически детерминированы и могут использоваться при определении родства. У Боголюбского были обнаружены следующие аномалии и анатомические варианты, которые, за исключением шейного блока, описаны впервые (перечислены в порядке по степени значимости):
• преждевременное зарастание (в возрасте до 1 года) переднего родничка с седловидной деформацией теменных костей, что у мужчин нередко ведёт к раннему облысению. Линии Харриса (показатель стресса) на рентгенограмме больших берцовых костей, по-видимому, зафиксировали эту патологию;
• блок II, III шейных позвонков с костным сращением суставных отростков и дуг справа (Рис. 7). Частота встречаемости аномалии в популяции около 2%. Функци-
онально блок безвреден, поскольку движения в суставах названных позвонков отсутствуют [17, с. 155-161];
• ладьевидная лопатка (scapula scaphoidea) имеет вогнутую конфигурацию внутреннего края, малые габаритные размеры и уклонение в строении ости (Рис. Cool. Частота встречаемости аномалии около 14,5... 17%, сочетается с крыловидностью лопаток [18]. У тех, кто перенёс в детстве рахит, эта вариация встречается чаще.
К анатомическим вариациям могут быть отнесены: полулунный дефект нижнего конца мечевидного отростка грудины, третий вертел бедра (частота встречаемости около 20...30%), добавочное отверстие на основании черепа кпереди от овального отверстия (foramen ovale) справа.
Заболевания и зажившие травмы. Выраженная патология охватывает у князя Андрея преимущественно шейный отдел позвоночника и имеет правостороннюю локализацию. Поскольку известно, что костные заболевания, как правило, носят системный и симметричный характер, то обнаруженные изменения можно отнести к следствиям зажившей травмы шеи.
Проведённым медико-рентгенологическим исследованием выявлены: умеренный артроз срединного атлантоосевого сустава и смежных суставных поверхностей I и II шейных позвонков справа; остеохондроз диска между V и VI шейными позвонками и заднехрящевой узел (грыжа Шмор-ля) на нижней поверхности тела VII шейного позвонка (Рис. 9); резкое увеличение площади и деформация нижней поверхности суставного отростка III шейного позвонка справа, мелкоточечный его пороз; расширение площади нижней поверхности тела V шейного позвонка (за счёт остеофитов) и незначительная клиновидная его деформация (Рис. 10).
Уже упоминавшийся правосторонний блок II и III шейных позвонков может быть следствием, как врождённой аномалии, так и общей травмы шейного отдела позвоночника. Это ещё предстоит уточнить. Возможно, данную травму Боголюбский получил во время битвы под Луцком 8 февраля 1150 г., описанной С.М. Соловьевым [12, с. 462]: “Лишь только с обеих сторон начали сходиться на битву, Андрей Юрьевич, схватив копьё, выехал напереди и прежде всех столкнулся с неприятелями: копье его было изломано, щит оторван, шлем спал с головы...”
При рентгенологическом исследовании черепа обнаружены участки склероза в левом сосцевидном отростке и утолщение кортикального слоя, что характерно для хронического воспаления среднего уха (отита), осложнившегося мастоидитом. Учитывая пожилой возраст князя, можно предполагать завершённый процесс либо затяжной характер отита со скудной симптоматикой.
На скелете князя определяются бесспорные следы зажившей тупой травмы. Это артроз правого плече-лу-чевого сустава с наличием деформации и бывшей трещины нижнего эпифиза плечевой кости соответственно ямке для локтевого отростка одноименной кости, а также выявленные Д.Г. Рохлиным [5, с. 264] старый перелом и деформация одной из фаланг правой кисти. К сожалению, эта фаланга утрачена.
Летописцы единодушны в том, что князь столкновений и сражений не избегал, но поскольку следов заживших травм от воздействия острых орудий (режущих, колющих, колюще-режущих, рубящих) на его скелете не имеется, можно сделать вывод, что он был опытным и удачливым ратоборцем.
Функциональные возможности. Несмотря на пожилой возраст князя, скелет его в функциональном отношении изъянов почти не имел.
Асимметрия длинных трубчатых костей по длине и массивности даёт основание для предположения о том,
что Андрей Боголюбский был левшой. В пользу этого свидетельствует также завальцованность верхнее-заднего края суставной площадки левой лопатки, отсутствующая на правой лопатке. Но категорически утверждать, что левшество было врождённым, учитывая травму правого плече-лучевого сустава, конечно, нельзя.
Диагноз Д.Г. Рохлина о приобретённых патологических изменениях в шейном отделе позвоночника и возникшем ограничении объёма движений шеи у князя Андрея поставлен обоснованно. Но это может относиться только к кивательным движениям. Что касается наклонов вбок и вращательных движений головы, то они могли выполняться почти без ограничений. В норме повороты головы в атланто-осевом суставе достигают 30-40° в каждую сторону. А этот сустав у князя изменён незначительно, как, впрочем, и атланто-затылочный, компенсирующий наклоны головы во все стороны до 20° [19]. Не было у князя и вынужденно-вздёрнутого положения головы, ведь блокирование II и III шейных позвонков не влияет на постановку головы и объём движений шеи человека ([17, с. 135-136]).
Портретные изображения князя
Основы пластической и графической реконструкции лица по черепу заложены известным советским антропологом профессором М.М. Герасимовым [9, 15]. В судебно-медицинской и криминалистической практике эти технологии применяются с целью ограничения круга предполагаемых без вести пропавших лиц, т.е. в качестве предварительного этапа идентификации личности по скелетированным останкам.
Портретные особенности князя Андрея Боголюбс-кого воссозданы М.М. Герасимовым в виде пластической (см. Рис. 4) и половинной графической (Рис. 10) реконструкций и широко известны в России и за её пределами.
Компьютерная реконструкция. Необходимость повторного восстановления облика Андрея Боголюбс-кого нами изначально не планировалась и была вызвана результатами расового анализа черепа, не выявившего признаков смешанного европеоидно-монголоидного происхождения.
Реконструкция основных портретных черт внешности князя проведена для изображения черепа в положении анфас. Отсутствующая нижняя челюсть восполнена при помощи компьютерного сегментного монтажа с фотоснимка черепа Андрея Боголюбского, опубликованного М.М. Герасимовым [15, с. 133, рис. 45а]. Компьютерное восстановление лица по черепу проведено с помощью программы Ме§агоЬо1, разработанной в ЭКЦ МВД России с учётом рекомендаций М.М. Герасимова [15, с. 109-136], Б.А. Федосюткина и соавт. [20] и Г.В. Лебединской [21] (Рис. 11). Полупрозрачное наложение портретной компьютерной реконструкции и изображения черепа позволяет визуально судить об их проекционном соответствии друг другу.
Данный способ графической реконструкции лица по черепу гарантирует:
• достоверное воспроизведение общих размеров и формы головы и лица, лба, носа, рта, разреза глаз, положения и формы бровей;
• вероятное, т.е. приближённое, восстановление общей полноты лица и нижней части подбородка, деталей строения рта, глаз и век, крыльев носа и подносовой ложбинки;
• условное, т.е. гипотетическое, восстановление волосяного покрова головы и лица, ушных раковин, складок и морщин, дефектов кожных покровов (родинок, папиллом, рубцов и т.п.). Реконструкция данной группы признаков была нами признана нецелесообразной.
Краткие итоги исследования и портретная компьютерная реконструкция облика Андрея Боголюбского с согласия автора опубликованы А.С. Семёновым и М.А. Фурманом в феврале 2008 г. [22] и вызвали оживленную дискуссию [23].
Соответствие реконструкций черепной основе. Документальность реконструкций лица человека по черепу, созданных с целью опознания скелетированных останков, до сих пор не проверяется и следователями принимается на веру. Между тем, в судебной медицине разработан ряд компьютерных программ, которые применяются при количественной черепно-лицевой идентификации личности. Имеется также опыт их использования и при метрической оценке соответствия портретных реконструкций черепной основе [24].
В процессе исследования черепно-лицевые характеристики реконструкций определяли с помощью компьютерной методики “Количественного словесного портрета (VERBAL 2.0)” [25, 26], разработанной в отделе судебномедицинской идентификации личности РЦСМЭ.
Количественная оценка идентичности проведена по четырём объектам:
• объекту 1: цифровому фотоснимку черепа Андрея Боголюбского (анфас) с восполненной нижней челюстью [15, с. 133, рис. 45а];
• объекту 2: диаптрографической прорисовке
черепа Андрея Боголюбского, выполненной М.М. Герасимовым [9, с. 145, рис. 85];
• объекту 3: пластической реконструкции головы Андрея Боголюбского работы М.М. Герасимова (положение анфас);
• объекту 4: компьютерной графической реконструкции облика Андрея Боголюбского работы В.Н. Звягина (положение анфас).
На каждом графическом объекте были размечены 24 краниометрические (физиономические) точки, после чего в автоматизированном режиме определялись 18 абсолютных и 16 относительных (указатели) размеров и категории их величины. При сопоставлении объектов 1 и 2 различий в признаках не выявлено. Аналогичную близость показало раздельное сопоставление объектов 1 и 2 с объектом 4.
Наибольшие отличия пластической реконструкции Андрея Боголюбского (объект 3) от черепной основы (объекты 1 и 2) и компьютерной реконструкции (объект 4) выявлены по следующим признакам: DY4 - высота брови; DX2 - расстояние между внутренними углами глаз; RY4 - относительная высота брови к высоте верхней губы; RY5 - относительная высота верхней губы к подбородку. Именно эти признаки, с точки зрения М.М. Герасимова, и придавали монголоидный характер всему лицу князя. Величины всех четырёх признаков у М.М. Герасимова завышены. Что касается межбровного расстояния, то оно наоборот излишне сближено и не соответствует ширине носового отростка лобной кости. По остальным 29 проанализированным признакам программой “Verbal” несоответствия сравниваемых изображений (объекты 1, 2, 3) не зафиксированы.
Если присмотреться к пластической и графической реконструкциям работы М.М. Герасимова, то можно заметить различия в конфигурации бровей и трактовке строения век. Причём графическая реконструкция, созданная М.М. Герасимовым, в этом плане лишена монго-лоидности и больше соответствует нашей компьютерной реконструкции (см. Рис. 4, 10).
В 2010 году мы случайно обнаружили еще одно изображение Великого князя Андрея Боголюбского - находящийся в Государственной Третьяковской галерее эскиз
росписи Владимирского собора в Киеве художника В.М. Васнецова (1885 - 1893 гг.) - Рис. 12).
Гибель князя: летописи и предшествующие исследования
Из летописей известно, что Боголюбского убили ближние бояре. Известны и мотивы убийства. “Нынче казнил он Кучковича, завтра казнит нас: так помыслим об этом князе”. Известны имена убийц и их число “Петръ Кучковъ зять, Аньбалъ Ясинъ ключник, Якымъ Кучкович, а всех неверных оубийць числом 20” [2, с. 51]. 29 июня 1174 г. на память святого Петра и Павла в субботу на ночь заговорщики силой проникли в резиденцию князя в Бо-голюбово. Дверь в спальню Боголюбского была взломана, он был застигнут врасплох. Они не боялись. Меч князя накануне был вынесен из его спальни ключником. Двое из заговорщиков бросились на безоружного Боголюбского, одного из них он поверг на пол “князь поверже одиного подъ ся... и борахуса с нимь велми бешеть бо силенъ...” [2, с. 46], после чего тот был зарублен по ошибке другими заговорщиками.
Картина расправы с главой Владимирского княжества была воссоздана Д.Г. Рохлиным исходя из расположения и характера ран (Рис. 13). Он посчитал, что только первый, достаточно лёгкий, удар был нанесён князю спереди. Оправившись от этого удара, Боголюбский стал сопротивляться. Остальные раны наносились сбоку и сзади: из строя Боголюбского вывел сильнейший удар по левому плечу; один удар мечом или боевым топором нанесён сзади по затылку; тяжёлое ранение, видимо имевшее решающее значение, причинено сбоку копьём в лоб. Все остальные удары сыпались уже по лежавшему на правом боку телу. Боголюбского продолжали бить и после того, как он умер. “Картина убийства, - говорится в рентгеноантропологическом отчете, - в значительной степени совпадает с реконструкцией, сделанной нами на основании рентгенологического исследования скелета... Мы не имеем, однако, опорных пунктов, позволяющих считать, что заговорщики сначала тяжело ранили Боголюбского, а добили его через некоторое время, когда он, очнувшись, нашёл достаточно сил, чтобы доползти до сеней” [5, с. 268-269].
Судя по реставрации событий, сделанной Д.Г. Рохлиным, множественные повреждения князь Андрей получил в положении лёжа. Об этом также упоминается и в летописях. Мнение разделяет и профессор Ю.А. Молин [27, с.55-56], правда, с некоторыми оговорками. Но насколько верна эта картина?
Гибель князя: медико-криминалистическая версия
Повреждения и их локализация. Число рубленых повреждений на отдельных костях обычно соответствует количеству ударов. При рассечении суставов или сегментов тела с двумя (например, предплечья) и более (кисть, грудная клетка и др.) костями, число повреждений будет превышать число ударов. В этом случае морфологически однотипные повреждения на разных костях судебные медики объединяют в группы по признакам общей локализации, направлению воздействия или плоскости разруба. Количество таких групп и будет указывать на число ударов.
В процессе осмотра на скелете князя обнаружено 16 повреждений. Установлено, что причиной данных повреждений стали 10 ударов остро-рубящими орудиями (Рис. 14):
• удар № 1 (повр. 1, 2): рубленые повреждения тыльной поверхности второй и третей левых пястных костей с отсечением передне-верхних частей головок. При этом ударе были рассечены, вне всякого сомнения, и осно-
вания фаланг П-Ш пястно-фаланговых суставов, которые утеряны (Рис. 15);
• удар № 2 (повр. 3, 4): рубленые повреждения нижнего отдела левых локтевой и лучевой костей (соответственно тыльной поверхности предплечья) в виде глубоких врубов (Рис. 16);
• удар № 3 (повр. 5): рубленое повреждение на медиальной поверхности среднего отдела левой локтевой кости в виде поверхностного надруба (Д.Г. Рохлиным не описано) - Рис. 16;
• удар № 4 (повр. 6, 7): рубленое повреждение наружной поверхности левого плеча в верхней трети с поверхностным надрубом плечевой кости (Д.Г. Рохлиным не описано). Рубленое повреждение передне-верхней поверхности левой ключицы в наружной трети в виде поверхностного надруба (Рис. 17);
• удар № 5 (повр. 8, 9): рубленое повреждение верхнего отдела левого предплечья с разрубом-переломом лучевой кости (верхний конец отсутствует) и врубом на межкостном гребне локтевой кости. При этом ударе была рассечена лучевая артерия (Рис. 16);
• удар № 6 (повр. 10): рубленое повреждение наружной поверхности левого плеча в средней трети с глубоким врубом на плечевой кости и отчленением латеральной пластины вруба от распора (Рис. 17);
• удар № 7 (повр. 11, 12, 13): рубленое повреждение левой лопатки с разрубом и отчленением плечевого отростка лопатки и глубоким врубом в основании клювовидного отростка. Рубленое повреждение плечевой кости с отсечением наружной части головки и большого бугра. Локализация разрубов на лопатке указывает на широкое внедрение концевой части рубяще-режущего орудия в подключичную область и, следовательно, на нарушение целостности подключичной артерии (Рис. 18, 19);
• удар № 8 (повр. 14): рубленое повреждение затылка слева с поверхностным разрубом и отчленением периостальной части наружной кортикальной пластинки (Рис. 20);
• удар № 9 (повр. 15): рубленое повреждение левого бедра в нижней трети с глубоким врубом на наружной поверхности бедренной кости (Рис. 21). Плоскость вруба имеет направление снизу вверх по отношению длинника кости;
• удар № 10 (повр. 16): рубленое повреждение лба справа с поверхностным разрубом и отчленением наружной кортикальной пластинки височного гребня на скуловом отростке лобной кости от распора (Рис. 22, 23). Плоскость вруба имеет направление снизу вверх. При этом ударе возникли сквозной дефект в полости черепа (3,3 х 2 мм) и протяжённая трещина (39 мм) идущая назад к венечному шву.
Орудия убийства, механизм образования повреждений. Повреждения 1-7, 11-13, 15 (6 ударов) причинены острым рубяще-режущим орудием с длинным лезвием (типа сабли) и, как правило, охватывают несколько костей. Это свидетельствует о том, что рассечение-разруб мягких тканей сочетался с их широким разрезом, в пользу чего говорит острый угол наклона орудия к плоскости повреждённых костей (40-45°). Исключением является повреждение бедра, где этот угол заметно больше (60-65°). Повреждения 14 и 16, возникшие от ударов в голову, а также повреждения левого предплечья и плеча (8-10) причинены массивным остро-рубящим орудием с длинным лезвием (типа меча). Угол наклона этого орудия при разрубе левого предплечья близок к 90°. Что касается повреждений на левом плече, левой затылочной и правой лобной областях, то удар мечом наносился под острым
углом и сопровождался поверхностным разрубом лишь кортикального слоя.
Признаки борьбы и самообороны Боголюбского. Каких-либо ран на внутренней стороне костей верхних конечностей, которые бы свидетельствовали об активном противоборстве князя Андрея с оружием в руках, не имеется.
Локализация и взаиморасположение повреждений, обнаруженных на скелете Андрея Боголюбского, свидетельствуют о том, что князь получил большую часть травм в процессе борьбы и самообороны. При этом князь стоял левым боком к нападавшим, выдвинув вперед согнутую в локте левую руку в качестве щита для защиты головы и туловища. Повреждения лучевой и локтевой костей, в частности, были причинены при пронации и супинации предплечья. Вне всякого сомнения, он активно перемещался, уходя от ударов либо ослабляя их последствия (повреждения 5-7). Будучи неоднократно раненым и истекая кровью, Боголюбский продолжал оказывать сопротивление. На скелете князя найдено только два повреждения, которые он мог получить в положении лежа на спине: это рубленые раны левого бедра и правой половины лба. Правда, могли быть и другие повреждения, которые невозможно теперь подтвердить: например, в мягких тканях, либо на утраченных костях.
Боевые приёмы и навыки убийц. Согласно Тверской летописи “убиен бысть благоверный великий князь Андрей Юрьевич Боголюбский от своих бояр от Кучковичев по научению своеа ему княгин ...” [2, с. 54 - 55..]. В летописных списках указаны несколько непосредственных исполнителя убийства - “Петр Кучков зять”, “начальник же оубийцам”, доверенный ключник Андрея осетин Ан-бал, Яким Кучкович и еврей Ефрем Моизович.
Но в действительности, убийц могло быть двое. Первый - это, скорее всего, “Петр Кучков зять” - был вооружён рубящее-режущим орудием типа сабли. Атаковал князя спереди и несколько слева. Затем сместился левее и кзади. Удары саблей наносил под острым углом к поверхности тела князя с протягиванием. Это очень травматичные удары, поскольку разрезы мягких тканей, имея большую протяжённость и глубину, сопровождаются повреждением многих кровеносных сосудов. Удары наносил с дальней дистанции концом клинка. Судя по однотипности и силе ударов, он профессионально владел оружием и тактикой ближнего боя.
Второй нападающий, а это, возможно, Яким Кучко-вич, вооружённый массивным клинковым оружием типа меча, примкнул к Петру позднее. Его сильные рубящие удары в предплечье (с разрубом лучевой кости) и среднюю часть левого плеча парализовали защиту Боголюбского, после чего левая рука князя бессильно повисла вдоль тела. С этого момента голова и тело князя были не защищены.
Сразу же последовали два удара: мечом - в затылок князя слева, саблей - в левый плечевой скос. Удар в затылок, хотя и сопровождался поверхностным разрубом кости, но, судя по следам вибрации на её поверхности, носил оглушающий характер. Исход схватки стал неизбежен после обширной раны левого надплечья и плечевого сустава с разрубом лопатки, головки плечевой кости и очень крупной подключичной артерии. Сильнейший сабельный удар по опущенной руке князя нанесённый в прежней манере - под острым углом к поверхности надплечья вызвал фонтанирующее кровотечение. С этих пор минуты жизни Андрея Боголюбского были сочтены. Князь, по-видимому, упал. Первый эпизод драмы, о котором сообщают летописцы, завершился: “Се же нечестивии мневьше его оубьена до конца, и вьземше друга своего и несоша вонъ трепещющи отидоша” [2, с. 46].
Рис. 3. Останки - общий вид
Рис. 2. Рака с мощами
Рис. 4. Реконструкция Герасимова
Развязка, скорее всего, наступила позднее - после нанесения повреждений 15 и 16.
Тяжело раненый Боголюбский нашёл силы спуститься по крутой лестнице в сени: “Онъ же в оторопе выскочив по них и начать ригати и глаголати и вь болезни сердца иде под сени” [2, с. 46]. Следовательно, повреждения левого бедра у князя ещё не было, что подтверждается одним из заговорщиков: “Стоя видих яко князя идуще сь сени и долов” [2, с. 46].
Убийцы по следам крови нашли князя сидящим, а скорее всего лежащим, за “столпом вьсходнымъ” [2, с. 47], и ему, лежащему на спине, были нанесены рубяще-режу-щий удар саблей в нижний отдел левого бедра и рубящий
Рис. 5. Аномалии, грудина
Рис. 6. Аномалии, грудина (рентгеновское изображение)
удар мечом в правую половину лба. Время донесло до потомков последние слова Боголюбского: “Господи, в руце твои предаю тобе дух мои” [2, с. 47]. “Не величав был Андрей на ратный чин, говорит летописец, искал он похвали от одного бога” [12, с. 449]. Сообщение летописей о множественных ранениях, которые якобы были причинены в этот момент князю, либо не соответствует действительности, либо эти ранения не сопровождались повреждениями скелета.
Возможность нанесения Андрею Боголюбскому в этот момент рубленой раны левого надплечья и плечевого сустава, по всей видимости, следует исключить. Не подтверждается также и летописное свидетельство, что “Петр же оття
Рис. 7. Аномалии, 2-3 позвонки
Рис. 8. Ладьевидная форма лопатки
Рис. 9. Позвонок, грыжа Шморля
Рис. 10. Клиновидная деформация тела позвонка
\
$
Рис. 11. Реконструкция графическая
Рис. 12. Боголюбский работы Васнецова
е
Рис. 13. Схема повреждения костей
повреждения черепа
Рис. 14. Повреждение черепа справа
Рис. 14. Повреждения скелета - левый профиль+повреждение
Рис. 15. Удар 1 (повреждения 1 и 2)
Рис. 16. Удар 2 (повреждения 3, 4), 3 (повреждение 5), 5 (повреждения 8, 9)
Рис. 17. Удар 4 (повреждения 6, 7) и 6 (повреждение 10)
Рис. 19. Удар 7 (повреждения 11, 12, 13)
Рис. 20. Удар 8 (повреждение 14)
Рис. 21. Удар 9 (повреждение 15)
Рис. 23 Удар 10 паовреждение 16)
Рис. 22. Удар 10 (повреждение 16)
ему руку десную” [2, с. 47]. Но расчленение левой кисти на уровне пястно-фаланговых суставов вполне реально.
Число непосредственных исполнителей убийств: дополнительные аргументы. Теоретически множественные повреждения скелета князя могли быть причинены несколькими однотипными саблями и мечами и, следовательно, не двумя, а большим числом убийц. В судебной медицине такие вопросы обычно решаются в ходе комплексного исследования повреждений одежды, кожномышечных покровов, хрящевой и костной тканей, причём нередко с помощью трассологических характеристик самих предполагаемых орудий травмы. В случае с останками Боголюбского такие исследования пока не проводились. Однако существуют другие зацепки в пользу упомянутой версии о числе непосредственных убийц князя.
О том, что у рубяще-режущего орудия типа сабли был единственный обладатель, свидетельствуют не только
морфология повреждений (острые концы, ровные края, гладкая плоскость разделения), но также и “стандартный” наклон орудия под углом 40-45° к поверхности костей, параллельность многих повреждений и техника ударов только концом клинка с протяжкой. Всё это устойчивые навыки владения сабельным оружием человека, привыкшего к конному бою. Есть и другое доказательство. Дело в том, что на характер повреждений оказывают влияние не только навыки, но и физические данные нападающего, в том числе длина его тела и руки. В свете сказанного обращает на себя внимание тот факт, что рублено-резаные повреждения левой руки князя, применительно к той позе, которую он занимал при самообороне, располагаются примерно на одном уровне. Следовательно, нападавший был одного роста или, что более вероятно, несколько выше князя. Правда, окончательный вывод всё же можно будет сделать лишь после изучения металлизации костных повреждений методом рентгено- флуоресцентного анализа.
Проверить металлизацию разрубов головы, нанесённых предположительно мечом, к сожалению, не удастся, так как, судя по обильным наложениям скульптурного пластилина, М.М. Герасимов выполнял пластическую реконструкцию облика князя непосредственно по его черепу.
Острый угол наклона второго, клинкового, оружия (предположительно меча) при ударах по левому плечу и голове Андрея Боголюбского указывает на то, что второй нападавший его тоже использовали как саблю. Известно, что меч эффективен лишь при рубящих и колющих ударах. Вряд ли второй убийца этого не знал. Скорее всего, меч ему просто был менее привычен, чем сабля. Именно “непрофес-сиональность” всех ударов, нанесённых мечом, косвенно подтверждает, что их автором был один человек.
Время убийства. Совершенно не похоже, что князя убивали ночью в кромешной темноте. Против подобного допущения свидетельствуют как активная его самооборона, так и точность ударов убийц. Впрочем, в летние месяцы на широте Владимира ночи коротки, сумерки и рассвет разделены немногими минутами полутьмы. Лаврентьевская летопись свидетельствует, что князь “...оубьен же бысть в субботу на ночь и о свете заоутра мертвъ” [2, с. 52].
Способность к действиям и причина смерти. Речь пойдет о возможности смертельно раненого человека совершать активные и целенаправленные действия. Это касается выяснения правдивости летописных свидетельств о заключительном этапе драмы - когда заговорщики добили князя за “столпом вьсходным” сеней.
Судя по скелету, каких-либо костных повреждений, несовместимых с жизнью, князю нанесено не было. Несмотря на тяжёлые ранения, полученные в спальне, он мог в течение нескольких минут передвигаться, в т.ч. спуститься по лестнице в сени. Однако возможность самообороны им была утрачена. Множественность и тяжесть рубленых
повреждений, причинённых Андрею Боголюбскому в спальне и на лестничном переходе в сени, должны были предопределить быстрое наступление смерти. Непосредственной причиной смерти Андрея Боголюбского явилась, вне всякого сомнения, острая кровопотеря в результате массивного кровотечения.
Говорить об открытой черепно-мозговой травме [27, с. 69] как конкурирующей причине смерти вряд ли возможно. Повреждение правой лобной области (с дефектом кости 3,3 х 2 мм) не сопровождалось внедрением орудия травмы в полость черепа и, следовательно, вещества головного мозга и его оболочки остались неповреждёнными.
Послесловие
Результаты проведённого освидетельствования могут быть полезными при индивидуализации скелетов предположительно Мономаховичей, обнаруженных в 1989 г. в шиферных саркофагах XII в. у церкви Спаса на Берестове. По признакам внешности и физическим данным Андрей Боголюбский был похож не столько на своего отца, Юрия Долгорукого, сколько на деда - Владимира Мономаха. В этой связи, не следует ли в дальнейшем расширить круг “эталонных объектов”?
В начале нашего исследования мощей Андрея Боголюбского не предполагалось, что возникнет необходимость в повторной пластической реконструкции его облика. Теперь целесообразность её бесспорна. Выяснилось также, что в скелете Андрея Боголюбского, помимо костей кисти и стопы, отсутствуют нижняя челюсть, правая тазовая кость, ребра и ряд шейных позвонков, которые имелись в наличии по крайней мере до 1982 г. Какова их судьба?
Впервые высказана версия о том, что непосредственными исполнителями убийства Андрея Боголюбского были два человека, но она нуждается в дополнительном обосновании путём рентгенофлуоресцентного исследования костных повреждений. Технически это можно сделать по месту нахождения мощей. Но будет ли получено благословение?
Огромную помощь при проведении экспертного исследования мощей Андрея Боголюбского в июле 2007 г. оказали владимирские судебные медики А.С. Семёнов и М.А. Фурман, а также сотрудники областной клинической больницы, выделившие переносной рентгеновский аппарат и опытного лаборанта для проведения рентгенографии непосредственно в Успенском соборе.
После освидетельствования мощи святого благоверного князя Андрея Боголюбского были бережно возвращены в раку. Составленный список отсутствующих костей скелета передан отцу Василию.

142625915975859971.jpg  142625918465988118.jpg142625936196764973.jpg

 

 

 

 

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас