Olympus32

Предвестник феодальной войны (всадник на монетах Великого княжества Московского и его уделов)

1 сообщение в этой теме

Господа, благодаря стечению обстоятельств, этому замечательному форуму и лично @kolj (да пребудет с ним сила всегда и везде) увлекся я чешуей и теперь вот очень интересуюсь теорией по теме. Наткнулся на одну статью на другом не менее замечательном сайте по русским монетам 14-17 веков, которой и хочу поделиться с вами. Иллюстрации поставлял сам, если где ошибся - извиняйте. Надеюсь, статья окажется интересной и познавательной.

Автор: С.Н.Таценко

Предвестник феодальной войны (всадник на монетах Великого княжества Московского и его уделов)

Феодальная война второй четверти XV в. явилась следствием усиления власти великого князя Московского в ущерб независимости удельных князей. Последние уже в начале XV в. стояли перед выбором: мириться с потерями своих прав или перейти к тайному или открытому сопротивлению.

В удельный период монетная регалия была не только источником дохода, но и важным атрибутом независимости. В начале XV в. все владетельные князья Московского дома перешли к чеканке своих монет. Однако в этой сфере удельный суверен был не всесилен. Его денежный чекан был ограничен запасом серебра, границами удельных владений, а вес удельной денги находился в зависимости от конъюнктуры денежного рынка. И только изображения на монетах, их прокламативные свойства реально несли и олицетворяли ту независимость, за которую долгое время держались удельные князья.

Начало московской удельной чеканки было тесно связано с формированием уделов по духовной грамоте Дмитрия Ивановича Донского.

К 1389 г., когда умер Дмитрий Донской, правами удельного князя обладал только его двоюродный брат Владимир Андреевич Серпуховской. Что же касается сыновей великого князя Дмитрия Ивановича, то в полной мере такими правами могли воспользоваться лишь два его старших сына: Василий Дмитриевич, который вместе с наследственным уделом получил и великое княжение, и Юрий Дмитриевич, к которому отошло управление Звенигородом и Галичем. Докончания Василия I с его дядей и братом были оформлены в 1390 г. [1]

Младшие сыновья Дмитрия Ивановича Донского, также получившие уделы, вступили в свои права несколько позднее. Докончание с ними Василий I заключил лишь в 1401–1402 гг. [2]

Становление новых уделов определило и появление новых центров монетной чеканки. Первым к ней приступил Владимир Андреевич, затем Юрий Дмитриевич. Продолжал свой чекан и Василий I, унаследовав его от отца.

Формирование удельной системы в пределах Великого княжества Московского на рубеже XIV–XV вв., появление новых центров монетной чеканки дали импульс широкому развитию лично-княжеской эмблематики, которая отразила на полях монеты действительный порядок взаимоотношений князей, их замыслы и претензии.

В это время московский великокняжеский и удельный чеканы уже обладали набором изображений, каждое из которых несло определенную смысловую нагрузку [3].

s_1454418444_4242538_bedfd65114.jpg

Великое княжество Московское, Дмитрий Иванович Донской (1362-1389). Воин / подражание

На монетах Дмитрия Донского встречаются главным образом изображения воина с секирой и саблей, человека со змеей, профиля головы с саблей, петуха. На монетах Владимира Андреевича – поясные изображения воина по пояс с секирой на длинном древке, человека с луком, четвероногого, кентавра с мечом [4].

s_1454419095_8059131_add3b3dfe5.jpg

Удельное княжество Серпуховское, Владимир Андреевич Храбрый (1358-1410). Кентавр / арабская надпись с именем Токтамыша

При Василии I Дмитриевиче набор изображений на великокняжеских монетах был значительно расширен. От чекана Дмитрия Донского на монеты Василия I перешли поясные изображения с секирой и мечом и (как вариант) человека с саблей. От поздних монет Дмитрия Донского к ранним Василия добавился также и петух. Однако появлялись и новые изображения: всадник с соколом, всадник с копьем, всадник с мечом, некоторые из них в плаще и короне. При Василии появился барс и четвероногое, отличное от Серпуховского[5].

s_1454419366_7474373_e816e7d2ac.jpg

Великое княжество Московское, Василий Дмитриевич I (1389-1425). Сокольник вправо / строчник

Особой амбициозностью выделяются изображения всадников и барса. Известно, что уже в XIV–XV вв. всадник олицетворял верховного владыку, а барс – наследие стольного города Владимира. Еще одно заметное новшество было на монетах Василия. Оно касалось уже легенды: «Князь великий всея Руси» [6].

Совсем иную картину представляют изображения на монетах Юрия Дмитриевича: две фигуры, сидящие друг против друга; то же, но в руке правой – меч; человек в рост с саблей и щитом. Иногда на оборотной стороне встречается четвероногое с человеческой головой [7].

s_1454422861_5996933_60e47a6c72.jpg

Удельное княжество Звенигородское и Галицкое, Юрий Дмитриевич ( князь и вел. князь, 1389-1434). Две фигуры / строчник

Рассматриваемый набор изображений на монетах князя Юрия уже на первый взгляд характеризуется двумя особенностями: во-первых, усложнением композиции по сравнению с изображениями на монетах Дмитрия Донского; во-вторых, независимостью в выборе изображений по отношению к монетам Василия I. Это становится особенно заметным, если принять во внимание изображения на монетах двух младших сыновей Дмитрия Донского, получивших уделы в начале XV в.

На монетах Андрея Дмитриевича Можайского, представленных в Саранском кладе 1409 г., встречаются: человеческая фигура с мечом, щитом и ножнами; поясное изображение человека с секирой; два человека лицом друг к другу; четвероногое; животное (как вариант, с человеческой головой). К этим изображениям, характерным для удельной чеканки, уже в ранний период добавляются и монеты с изображением всадника с мечом, что свойственно для монет Василия I. Близко к московскому и изображение четвероногого существа. Если приводить и дальше изобразительный ряд на монетах князя Андрея на период после 1410 г., то он продолжается следующим: крылатое четвероногое; человеческая голова в широком шлеме, в руках по копью; поясная фигура человека с саблей [8].

В приведенном перечне изображений ощущается влияние и зависимость от московского чекана времени Василия I (и, наверное, Дмитрия Донского). Зависимость эта определялась по-разному – и как выражение политической и экономической близости Москвы и Можайска, и как свобода в выборе можайским князем изображений для своих монет независимо от московских, особо отмечая появления всадника [9]. Такая ситуация могла характеризоваться и особыми отношениями Василия и Андрея в обход Юрия, если учитывать раннюю смерть сыновей Великого князя Московского и его неприязнь к Звенигородскому князю.

s_1454424224_7357044_eae560f51e.jpg

Удельное княжество Дмитровское, Петр Дмитриевич (1389-1428). Голова вправо / подражание

Изображения на монетах Петра Дмитриевича Дмитровского в ряде случаев типологически были связаны с монетами его отца (петух, человек с топором и мечом) и Владимира Серпуховского (кентавр, четвероногое животное). Наряду с этим присутствовали и свои оригинальные композиции: две человеческие головы, соединенные затылками, человеческая голова в шапке. После 1410 г. на монетах Петра Дмитриевича появился и всадник с мечом или копьем. Никаноровская летопись как-то назвала Петра Дмитровского великим князем, но причины такого титулования удельного князя остались неизвестны [10].

Отношения князей Московского дома на рубеже XIV–XV вв. нельзя определить однозначно. Главою удельных князей московских был великий князь Василий Дмитриевич. В то же время возрастное старшинство принадлежало двоюродному дяде великого князя Владимиру Андреевичу Серпуховскому. Формальное старшинство при статусе удельного князя, богатый политический и жизненный опыт ставили его в особое, независимое положение. Ряд фактов приводит к мысли, что московскую княжескую иерархию при Василии I возглавлял Серпуховской князь. Этим положением, по всей видимости, и можно объяснить независимость изображений на монетах удельного князя. После смерти Владимира Андреевича (1410 г.) отношения Василия I с серпуховскими владетелями стали изменяться. Серпуховское княжество было поделено на пять уделов, из которых монету чеканили в Серпухове (Иван Владимирович), в Боровске (Семен Владимирович), в Малоярославце (Ярослав Владимирович).

Наступление великого князя Московского на серпуховскую удельную братию отразилось на монетных изображениях. По небольшому количеству сохранившихся монет Ивана Владимировича (Г.Б.Федорову было известно только 5 экз.) можно предположить, что зависимость его чекана от московского наступила не сразу. На четырех его монетах, чеканенных в Серпухове, изображена птица-лебедь с трезубцем и только на пятой появляется всадник с соколом, что характерно для монет Василия I, правда, отчеканенный в Угличе [11]. Наибольшей близостью к Василию I отличались два сына Владимира Андреевича – Семен и Ярослав. Они были указаны среди опекунов сына Василия I в 1417 г. Быть может, изображения на монетах позволят приподнять завесу действительных отношений между наследниками Владимира Андреевича. Иван Владимирович умер в 1422 г., часть его удела наследовал Семен Владимирович (Серпухов). Неясна, правда, судьба его угличских владений. Известно, что около 1425 г. ими завладел Константин Дмитриевич, на монетах которого в то время чеканился всадник [12].

На монетах Семена и Ярослава довольно рано появился московский «ездец» в вариантах с копьем, мечом и соколом, хотя наряду с ним присутствовали и оригинальные изображения [13].

Со смертью Владимира Андреевича изменился статус и младших братьев Василия I. В 1417 г. они титуловались уже не просто «братьями», а «братье молодшеи».

Изменения в отношениях князей московского дома отразились и на положении всадника (московский «ездец»). К 1425 г. он чеканился на монетах Можайска, Дмитрова, Серпухова, Боровска, Малоярославца, Углича.

s_1454423908_5031954_da1939d79f.jpg

Удельное княжество Можайское, Андрей Дмитриевич (1389-1432). Ездец / строчник

Всадник обошел лишь монеты князя Юрия Дмитриевича, владельца Звенигородско-Галичского удела. Анализ духовных и договорных грамот московских князей свидетельствовал, что до 1410 г. князь Юрий занимал высокое положение в иерархии московского дома. По крайней мере, он стоял вровень с Владимиром Андреевичем. После смерти последнего и рождении у Василия I в 1415 г. наследника отношения великого князя с Юрием обострились. О звенигородском князе не упоминает ни одна духовная грамота великого князя. По духовной грамоте Дмитрия Донского Юрий считался наследником великокняжеского стола, что уже угрожало сыну Василия I. В противовес притязаниям Юрии великому князю московскому удалось сформировать княжескую коалицию, с которой и столкнулся звенигородский князь в 1425 г.

Летописная и историографическая традиция связала князя Юрия с титулом «князь галичский». Так же титуловались и сыновья Юрия, с которыми боролось московское правительство Василия II. Однако если последнее можно принять с некоторыми оговорками, то по отношению к Юрию такой титул был не совсем точен. Большую часть жизни этот князь правил в Звенигороде. Это был период расцвета удельного центра. Стольный Звенигород стал и центром чеканки монет с именем Юрия. К наиболее раннему чекану князя Юрия относились монеты, в начале легенды которых помещалось слово «печать». Такие монеты отличались от более поздних большим весом и иной техникой чеканки [14]. Звенигородский чекан князя Юрия продолжался до 1425 г. Начавшаяся затем феодальная война вынудила князя покинуть свою столицу и перенести центр сопротивления великому князю Василию II (Василий I умер в 1425 г.) в Галич.

1425–1428 гг. – период первых столкновений князя Юрия с Василием II, время наиболее трудное для первого, начальные годы оформления галичского чекана.

Перелом наступил в 1428 г., когда Юрий и Василий II заключили договор (докончание), в котором дядя по отношению к племяннику признал себя «братом молодшим». Новая политическая ситуация повлияла и на оформление монет Юрия Дмитриевича. С 1428 г. из-под чекана галичских денежников стали выходить двуименные или «союзные» монеты, на лицевой стороне которых располагался всадник с мечом, а надпись по кругу содержала имя и титул князя Юрия. В центре оборотной стороны таких монет находилось изображение Самсона или Геракла с именем и титулом Василия II [15].

s_1454423693_3522564_a010d36f3f.jpg

Великое княжество Московское, Василий Васильевич II Темный (1425-1462). Сокольник вправо / Самсон со львом

Появление Самсона в изобразительном ряду русских удельных монет было связано с реформой 1425 г. [16] На монетах Василия II новый персонаж занял такое же место, как когда-то всадник со всеми вариантами на монетах Василия I. В свою очередь, всадник-«ездец» приобретал уже общемосковское значение, его изображение становилось как бы обязательным на всех монетах московских уделов. Не случайно, что науке он известен как московский «ездец».

С 1426 г. в московских уделах стали чеканить серии монет, объединенных в общую группу одинаковыми изображениями на лицевой и оборотной сторонах. На лицевой стороне помещался всадник с соколом или мечом, а на оборотной – Самсон со львом. Такие монеты чеканились в Можайске, Дмитрове, Угличе, Малоярославце [17]. В Серпуховско-Боровском княжестве место всадника занимала 5-ти или 4-х строчная надпись с именем князя Семена Владимировича. Такое отступление от общего принципа оформления монет могло носить чисто политический характер. Московское правительство накануне борьбы с Юрием нуждалось в союзниках, а позиция Серпуховского князя в любой момент могла оказаться решающей. Можно полагать, что в Москве не стали настаивать на чеканке всадника в Серпухове. Однако это продолжалось недолго. В 1426–1427 гг. во время морового поветрия вымирает практически все семейство многодетного Владимира Андреевича. В живых остался лишь внук последнего, Василий Ярославич, который и наследовал весь Серпуховской удел.

В 1428 г. к общему принципу оформления монет присоединился и Юрий Галичский. Всадник появился и на его монетах.

В целом денежная реформа 1425 г. не нарушала суверенитета князей московских уделов. Они по-прежнему чеканили монету с титулом и именем суверена. Унифицированы были лишь изображения, определявшие внешнее равенство князей и их общую вассальную зависимость от московского сюзерена. Примечательным было появление на московских и удельных монетах изображение Самсона-Геракла. На союзных монетах он чеканился с именем великого князя Василия II. Не вдаваясь в подробную смысловую характеристику этого образа, стоит обратить внимание на его место в народных представлениях того времени. В одном из сюжетов былинного эпоса калики-перехожие не советовали Илье Муромцу мериться силою с Самсоном. Тем не менее, великокняжескому Самсону пришлось столкнуться с богатырем. Вспыхнувшая вновь борьба за великое княжение нарушила не только нормальное течение жизни на Руси, но и оказала заметное влияние на развитие денежного дела.

Политическая ситуация начала 30-х гг. изменилась не в пользу великого князя. В 1430 г. умер великий князь Литовский Витовт, на чью родственную поддержку и союз мог рассчитывать Василий II. В скором времени умер и митрополит Фотий, единственный, пожалуй, человек, который различными дипломатическими методами мог совладать с галичским князем. А в 1432 г. скончался верный союзник Василия II в московском княжеском доме Можайский князь Андрей Дмитриевич. В следующем году умер и еще один сын Дмитрия Донского Константин Угличский.

Укрепившись в Галиче, князь Юрий возобновил борьбу за великокняжеский стол. Успешно ведя боевые действия, он дважды, в 1433 и 1434 гг. занимал Москву, где и умер, прокняжив во второй раз несколько месяцев.

Перипетии борьбы Василия II и Юрия сохранились не только на страницах летописей, но и отразились в памятниках нумизматики. После 1425 г. главное место на монетах Василия II занял всадник с соколом или с мечом, на оборотной стороне которых располагался Самсон (предположительно, личная эмблема Василия II). При этом не исключались и другие виды изображений. Иногда место Самсона занимали арабское подражание, четвероногое существо или надпись с титулом и именем великого князя [18]. Некогда действительные арабские надписи с именем хана Тохтамыша на русских монетах времени Дмитрия Донского уже при Василии I порой заменялись простым подражанием [19]. Появление арабского подражания на монетах Василия II являлось смысловым и материальным воплощением слов боярина И.Д.Всеволожского о правах владения великим княжением не «по мертвой грамоте» (имеется в виду духовная грамота Дмитрия Донского), а по царскому (ханскому) пожалованию. Так или иначе, но появление на монетах арабского подражания в это время было не случайным. Однако большую часть составляют монеты с именем и титулом Василия II, явно прокламативного характера, особенно в период борьбы с Галичским князем.

Пребывание Юрия Дмитриевича на великом княжении неполных полгода дало возможность начать чеканку монет от его имени, но уже с титулом великого князя.

Наблюдения над изображениями на монетах Юрия Дмитриевича, изучение различных направлений деятельности этого князя в период борьбы за великое княжение заставили в последние время переоценить смысл его политики [20]. За образом, казалось бы, ординарного участника княжеских свар, сторонника удельной раздробленности, противника великокняжеской власти на самом деле стоял видный государственный деятель, полководец, наследник и продолжатель дела своего отца Дмитрия Донского. Став великим князем, Юрий Дмитриевич попытался оставить не только свою удельно-княжескую нишу, но и удельный чекан. Монеты великого князя Юрия Дмитриевича по изображениям крайне отличаются от звенигородско-галичского чекана. Лицевую сторону этих монет прочно занял московский «ездец» с копьем, а оборотную – 3-х или 4-х строчная надпись с именем и титулом Юрия. Всадник, поражающий копьем змея, на монетах характеризовал князя как заступника и борца. Змей или дракон олицетворял тогда не иначе как Восток, а точнее – Золотую Орду [21]. На некоторых монетах великого князя Юрия по сторонам всадника проставлялись буквы «К» и «Ю» (князь Юрий?). Впоследствии, когда Василий II вновь вернулся на престол, буква «Ю» была перебита на «М» (князь Московский?) [22]. Как часто бывало и прежде, и потом, преемник, взяв власть в свои руки, использовал чекан своих предшественников. На монетах Юрия встречается и всадник с соколом Василия II.

На опыте оформления князем Юрием лицевого поля своих монет видна явная попытка персонификации изображения. Изображение всадника на монетах в XV в. уже прочно трансформировалось в образ князя. Тем не менее буквы «К» и «Ю» по бокам всадника с копьем уводили зрителя от неосознанного, абстрактного изображения князя к конкретному лицу. Известный всем образ мученика и змееборца Святого Георгия, покровителя Юрия Дмитриевича, в лице последнего приобретал конкретные реальные черты.

После смерти Юрия Дмитриевича великокняжеский престол попытался захватить его старший сын Василий Косой. Однако, не встретив поддержки даже у своих братьев, он через месяц покинул Москву, надеясь захватить ее силой оружия. А в Москву вновь возвращается Василий II. Помирившись с ним, закрепляются в своих уделах младшие сыновья Юрия Дмитриевича, Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный. Первый из них стал княжить в Рузе, Угличе и Ржеве, второй – в Галиче и Бежецком Верхе [23]. Старший их брат Василий должен был княжить в Звенигороде, но, начав борьбу с Василием II, потерял его. Некогда единое Можайское княжество после смерти Андрея Дмитриевича было поделено на два удела. Старший из Андреевичей – Иван вокняжил в Можайске, второй, Михаил, – в Верее. В Серпуховском княжестве по-прежнему княжил единственно уцелевший после мора 1426–1427 гг. Василий Ярославич.

s_1454424465_1924892_1518353ceb.jpg

Удельное княжество Звенигородское и Галицкое, Дмитрий Юрьевич Шемяка (князь и вел. князь, 1434-1450). Всадник / строчник

Несмотря на временное упорядочение удельной системы, не все князья московского дома смогли перейти к чеканке своих монет. В первую очередь это относится к Василию Юрьевичу Косому. Потеряв Звенигород, где когда-то начался чекан Юрия Дмитриевича, и ведя постоянные боевые действия с Василием II, он так и не смог наладить производство своих монет, а в 1436 г. был пленен и ослеплен по приказу Василия II. Монеты с его именем не известны, как не известны и монеты с именем Дмитрия Юрьевича Красного, получившего Галич от своего отца в 1434 г. Между тем хорошо известен галичский денежный чекан Юрия Дмитриевича и Дмитрия Юрьевича Шемяки. Не скрывается ли на монетах последнего и имя его младшего брата-тезки? В остальных уделах чеканка монет продолжалась.

После вокняжения Василия II с московских монет полностью исчезает Самсон, а его место на оборотной стороне занимает 4-х строчная надпись с именем и титулом великого князя [24]. На лицевой стороне к московским «ездецам» Василия II (с саблей или с соколом) добавился третий копьем поражающий змея образ, принятый Юрием. По его бокам ставились буквы «К» и «Н» (князь?) или «К» и «М» (вместо «Ю»). Показательно, что после смерти Юрия и вокняжения Василия II всадник с копьем стал господствовать среди остальных. А такой распространенный ранее охотничий сюжет, как всадник с соколом, со временем стал отходить на второй план. В то же время на монетном поле получает распространение еще один сюжет. На лицевой стороне появляется изображение князя в короне, сидящего на столе, с мечом в правой руке. Этот образ известен по последним монетам Юрия Дмитриевича, Дмитрия Шемяки, Василия II, Василия Ярославича, Ивана Андреевича, Михаила Андреевича. Возможно, что сюжет этот был также связан с Юрием Дмитриевичем, и вполне допустимо, что пришел он в Москву и в другие удельные центры из Галича [25].

При Иване Андреевиче Можайском с монет его княжества также исчезает Самсон Василия II. На его месте чеканилась 3-х или 4-х строчная надпись с именем и титулом удельного князя. Правда, московский «ездец», несмотря на зигзаги политической позиции Ивана Андреевича в период борьбы Василия II с Шемякой, остался и чеканился до полного упразднения можайского чекана, который на какое-то время пережил Можайский удел. При Иване Андреевиче на можайских монетах появилось изображение Сирены, которая встречалась потом и на монетах Василия II [26].

s_1454424604_3120962_96c2a32c6a.jpg

Удельное княжество Верейское, Михаил Андреевич (1432-1485). Всадник с саблей / строчник

В отличие от своего брата, Михаил Андреевич Верейский оставался в целом верен Василию II. С его именем связана чеканка монет в Верейском уделе. На лицевой стороне таких монет был расположен всадник с копьем, с саблей или птицей (сокол), оборотную занимала 3-х или 4-х строчная надпись с именем князя. Кроме подобного оформления оборотной и лицевой сторон, присутствовали и другие изобразительные сюжеты, среди которых обращает на себя внимание орел с распростертыми крыльями [27].

s_1454424800_8178920_918a4001c0.jpg

Удельное княжество Серпуховское, Василий Ярославич (1426-1456). Всадник с луком вправо / подражание

Василий Ярославич Серпуховской был, пожалуй, единственным преданным союзником Василия II, которого он не покидал в самое трудное время. Именно Василий Ярославич возглавил борьбу сторонников великого князя за возвращение на престол ослепленного Василия II. Тем не менее, нельзя сказать, что изображение всадника как-либо особо выделялось среди других изображений на монетах серпуховского князя. Изобразительный ряд монет Василия Ярославича в целом не отличается от изобразительных сюжетов московского и удельного чеканов. Как и на других монетах, здесь присутствуют «грифон», четвероногое животное, князь на престоле, человеческая фигура, колющая мечом зверя (московский вариант). Интересно одно изображение ни серпуховских монетах: скачущий во весь опор лучник обернулся для поражения цели. Подобное изображение близко к реальному приему, характерному для тактики легкой конницы. На оборотной стороне таких монет отчеканено арабское подражание [28].

В этом перечне последним князем, монеты которого хорошо известны, был Дмитрий Юрьевич Шемяка. К началу 40-х годов в его удел входили известные центры чеканки Галич и Углич. Оформление монет удельной чеканки Дмитрия Юрьевича было схожим с монетами других уделов: князь на престоле с мечом в правой руке, всадник с копьем. Оборотную сторону занимала надпись с именем и титулом князя [29]. К удельной чеканке Дмитрия Шемяки, наверное, можно отнести и еще одну группу монет. На их лицевой стороне изображен московский «ездец», колющий копьем змея с круговой надписью: «князь великий Дмитреи», оборотную же сторону занимает 4-х строчная надпись: «князь великий Васлеи». Такие монеты относятся к разряду союзных. Их выделяет одинаковое титулование двух князей-антагонистов. Ранее такие монеты относили к 1446–1447 гг., когда Шемяка освободил Василия II из заточения и дал ему в удел Вологду [30]. Ситуация была схожа с той, когда Юрий Дмитриевич, изгнав племянника из Москвы в 1433 г., дал ему в удел Коломну. Но Коломна была уделом великого князя Московского, а Вологда – отдаленным северным центром, да еще новгородским владением.

Я.С.Лурье был склонен относить такие союзные монеты к рубежу 30–40-х гг., отмечая, что в источниках встречается случай одновременного упоминания Василия II и Дмитрия Шемяки с титулом великого князя. Это относилось к событиям белевского похода в 1437 г. [31]

В начале 1446 г., воспользовавшись трудным положением Василия II (поражение под Суздалем, плен, сбор выкупа ордынцами за освобождение), Дмитрий Шемяка захватил Москву и стал великим князем. Плененный Иваном Можайским, Василий II был доставлен в Москву, где по приказу нового великого князя его ослепили.

С именем Дмитрия Шемяки была связана денежная реформа, в результате которой вес московской денги понизился в два раза. Сперва, когда Шемяка сидел в Москве, до 0,54–0,50 г., потом, когда оставя Москву, он сражался с Василием II на севере Руси, до 0,40 г.[32]

s_1454424896_8541570_98b6813614.jpg

Удельное княжество Звенигородское и Галицкое, Дмитрий Юрьевич Шемяка (как Великий Князь Московский 1446-1447)

Изображения Дмитрия Шемяки на великокняжеских монетах не отличались тенденцией к унификации, свойственной монетам Василия II или Юрии Дмитриевича. Для многих была характерна «архаичность» в выборе сюжетов: петух, человеческая голова, человеческая фигура в полный росте мечом и топором в руках, лучник. Денежные мастера Дмитрия Шемяки вместе с весом привнесли в московские монеты сюжетные изображения, технику чеканки. Последнее было свойственно и монетам с великокняжеской символикой, со всадником и князем на престоле. Но все-таки московский «ездец» с копьем сохранил свои позиции. По бокам всадника Шемяки чеканятся буквы «Д» и «О» (Дмитрий Осподарь), сохраняются буквы «К» и «Н». На монетах появляется и круговая надпись: «Осподарь всея Руси» [33].

Но положение Дмитрия Шемяки так и не стало прочным. Уже в конце 1446 г. он теряет Москву. На великокняжеский престол возвращается Василий II, уже Темный. Наступает заключительный этап феодальной войны, а вместе с ним подходит к концу и удельный период московской чеканки.

Последние монеты Василия II отличались крайним разнообразием как выбора сюжетов, так и веса, который колебался в пределах 0,50–0,40 г с примесью более тяжелых и легких монет [34].

Изобразительный ряд монет Василия II выступает во всей пестроте периода удельной чеканки и феодальных смут второй четверти XV в. Закрепившиеся сюжеты – всадник с копьем или с саблей, князь на престоле – делят монетное поле с, казалось бы, уже ушедшими изображениями: человеческая голова, грифон, четвероногое существо, птица, человеческая фигура с секирой и мечом, человек, стреляющий в птицу, колющий зверя, и другие. Круговую или строчную надпись с именем и титулом князя порой заменяет арабское подражание. Такой итог феодальной войны в денежном деле кажется еще более неожиданным, если обратиться к фону дальнейших событий.

В 1453 г. в Новгороде умирает главный враг Василия II Дмитрий Шемяка. В 1454 г. Василий II захватывает Можайск, вынуждая Ивана Андреевича бежать в Литву. В 1456 г. по приказу великого князя был арестован и брошен в тюрьму верный его союзник Василий Ярославич Серпуховской. С падением князей упраздняются уделы, прекращается местный монетный чекан. Он продолжается лишь в уделе Михаила Верейского. Чеканятся монеты и в независимых от Москвы великих и удельных княжениях: Тверском, Рязанском, Ростовском, Ярославском, а также в Новгороде и Пскове [35].

Феодальная война нарушила нормальную деятельность Московского денежного двора (учрежденного в 1425 г.). Вернувшемуся на престол Василию II нужны были деньги, поэтому в ход шли и старые денежные чеканы. Нужда в деньгах заставила понизить и вес монет. Полная нормализация денежного дела наступила лишь при Иване III, при котором начался новый этан и истории монетной чеканки на Руси, ознаменовавшийся созданием единой общерусской системы.

 Литература

[1] Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI вв. М., Л., 1950. С. 37–39. А.А.Зимин датировал грамоту 1401–1402 гг., причем галичский вариант грамоты не был утвержден Москвой. См.: Проблемы источниковедения. М., 1958. Т. VI. С. 283.

[2] Духовные и договорные грамоты... С. 51.

[3] Плодотворную попытку по «расшифровке» изображений на удельных монетах в последнее время предприняли Г.А.Федоров-Давыдов и А.В.Чернецов. См.: Чернецов А.В. Феодальная эмблематика в чеканке русских городов XIV–XV вв. //Труды V международного конгресса славянской археологии. М., 1987. С. 144–152.; Федоров-Давыдов Г.А. Монеты Московской Руси. М., 1981; он же Монеты Нижегородского княжества. М., 1989.

[4] Федоров Г.Б. Деньги Московского княжества времени Дмитрия Донского и Василия I (1359–1425) // Материалы и исследования по археологии СССР. N 12. С. 159. Рис. 1. NN 3–10. Орешников А.В. Русские монеты до 1547 года. М., 1996. (Репринт изд. 1896 г.). С. 87–88, 138–141. Табл. VIII. NN 320–328. XIII. NN 575–584. Особый интерес вызывает монета с изображением поясной человеческой фигуры со стягом вправо. О ней см.: Орешников. С. 139. Табл. XII N 575. Прорисовка: Федоров Г.Б. Рис. 1 N 11. См. также: Спасский И.Г. Русская монетная система. Л., 1970. С. 80. N 1–4; С. 84 N 1–5.

[5] Монеты Василия I см.: Орешников. С. 89–96. Табл. VIII. N 326–363. Федоров-Давыдов.Монеты Московской Руси. С. 27–48 (до 1409 г.). Спасский. Русская монетная система. С. 80. N 5–19.

[6] Федоров-Давыдов. Монеты Московской Руси. С. 62.

[7] Орешников. С. 132–133. Оп. 702–704, 706. Табл. XII. N 551–555, 559. Федоров Г.Б. Деньги Московского княжества. С. 179–180. Рис. 2. N 30–32. Спасский. Русская монетная система. С. 81. N 19–21.

[8] Федоров-Давыдов.Монеты Московской Руси. С. 77–78. N 293–296. Федоров. Деньги Московского княжества. С. 181. Орешников. С. 145. Он. 750–755. Табл. XIII N 602–608. Спасский. Русская монетная система. С. 85. N 1–7.

[9] Федоров. Деньги Московского княжества. С. 182. Федоров-Давыдов. Об одной группе можайских монет XV в. // Научные чтения. 1980–1981. М., 1981. С. 32–33.

[10] Орешников. С. 154. Оп. 785–807. Табл. XIII. N 639–664. Спасский. Русская монетная система. С. 85. N 15–20. Полное собрание русских летописей. Т. 27. С. 95.

[11] Федоров. Деньги Московского княжества С. 178–179. Спасский. Русская монетная система. С. 84. N 6.

[12] Зимин А.А. Витязь на распутье.Феодальная война в России XV в. М., 1991. С. 37. Мец Н.Д. Монеты великого княжества Московского (1425–1462) // Нумизматический сборник. Ч. 3. М., 1974. С. 29.

[13] Федоров. Деньги Московского княжества. С. 179. Орешников. С. 141. Оп. 732–735. Табл. XII N 585–588. Спасский. Русская монетная система. С. 84 N 7–10, 11,12.

[14] Орешников. С. 132. Оп. 702–704б. Табл. XII N 551–665.

[15] Мец. Монеты великого княжества Московского. С. 27–29. Спасский. Русская монетная система. С. 81 N 1–2.

[16] Подробнее о реформе см.: Мец. Монеты великого княжества Московского. С.44–52.

[17] Tам же. С. 27 29.

[18] Там же. Оп. 1–18, Табл. 7. N 1–15. Спасский. Русская монетная система. С. 80

N 20–21, 29–30.

[19] Подробнее см.: Монеты Московской Руси. С. 52–62.

[20] Зимин. Витязь на распутье. С. 31–68.

[21] Там же. С. 67.

[22] Мец. Монеты великого княжества Московского. С. 54. Oп. 187, 199. Табл. 13 N 187, 199.

[23] Зимин. Витязь на распутье. С. 71.

[24] Мец. Монеты великого княжества Московского. Оп. 40–84 (1434–1446 гг.). Табл. 8–9.

[25] Там же. С. 29. Орешников. Оп. 562, 563, 705–706, 713, 740, 761, 775.

[26] Мец. Монеты великого княжества Московского. С.29. Спасский. Русская монетная система. С. 85 N 8–9.

[27] Орешников. Оп. 774. N 628. Спасский. Русская монетная система. С. 85 N 10–14.

[28] Орешников. N 598. Спасский. Русская монетная система. С. 84. N 13.

[29] Орешников. С. 136. Оп. 713–715. Табл. XII. N 567–569.

[30] Орешников С. 137. Мец. Монеты великого княжества Московского. С. 60.

[31] Лурье Я.С. Двуименные монеты Василия II и Шемяки и двоевластие в Москве // Средневековая Русь. М., 1976. С. 84–87.

[32] Подробнее см.: Мец. Монеты великого княжества Московского. С. 56–61.

[33] Там же. С. 60, 119. Оп. 204–207.

[34] См.: там же. Оп. 85–185 с указанием веса. Табл. 10–13.

[35] Там же. С. 61–63

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас


  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Нет пользователей, просматривающих эту страницу